English
Русский
Suomi
Deutsch
 

Вопрос техники
Datum: 03.08.2012

Вопрос техники

Рынок финансовых услуг развивается в России стремительными темпами. Компании предлагают новые продукты, новые условия по традиционным продуктам, новые технологические решения. Однако конфессиональный банкинг – оказание банковских услуг в соответствии с религиозными канонами – считается до сих пор экзотическим явлением. Каковы перспективы его развития в России?

Хотя различные вопросы предоставления банковских услуг по религиозным правилам в России поднимаются с начала 90-х годов, понятие «конфессиональный банкинг» у нас практически не используется. Обычно участники рынка говорят о развитии православного или исламского (о развитии исламского банкинга см. Великодержавная финансовая модель), реже иудейского, или еврейского банкинга, и дискуссия обычно инициируется представителями той или иной конфессии, которые доказывают преимущества банковской модели, построенной по своим лекалам. Комплексный подход к религиозному банкингу в России не исповедуется. Но настолько ли далеки друг от друга взгляды ведущих конфессий на банковский бизнес?

Основа исламского банкинга – запрет на рибу, т.е. неоправданное приращение капитала. Руководители РПЦ вторят мусульманам, призывая решать проблему денег, не связанных с трудом, и клеймят ростовщиков, в современной традиции – лиц, дающих деньги под высокий процент.

В исламском банкинге запрет на рибу выражается в отказе от фиксированного ссудного процента. Что касается его допустимости в православном банкинге, здесь даже мнения православных священников расходятся. Однако стоит отметить, что отказ от ссудного процента в исламском банкинге – это не отказ банковской организации от коммерческой прибыли, это, прежде всего, технология. Плата за пользование денежными средствами «кредитной организации» взимается, как и в любом светском банке, но решения о размере этой платы принимаются советом экспертов шариата. Банк частично или полностью становится владельцем объекта, под который клиент занимает денежные средства. Категория «кредитование» трансформируется в категорию «инвестиция», с привлечением средств вкладчиков, то есть в масштабное партнерство. Плата за использование средств банка при открытии нового бизнеса – участие банка в распределении прибыли компании. Запрещен неоправданный риск и сделки, не имеющие реального обеспечения («торговля воздухом»), т.е. ценные бумаги, курс которых зависит не от экономических факторов, фьючерсы и деривативы. Также банк не финансирует «греховные» отрасли, связанные с производством и продажей алкоголя, табака, свинины, эротической продукции, азартные игры.

Таким образом, краеугольным камнем исламского банкинга является неформальный, личный подход к каждому клиенту и максимальная открытость между клиентом и финансовой организацией, то, что называется «человечным» отношением. Клиент обязан предоставить банку полную информацию о затеваемом бизнесе и подробно отчитываться о его результатах. Под запретом находятся те продукты, которые считаются аморальными.

Анализировать принципы реализации православной банковской модели пока невозможно ввиду их отсутствия, однако ее лоббисты говорят о необходимости реализации следующего:

  • следование правилам нравственности в банковской жизни, порядочность и доверие между банком и клиентом (протоиерей Всеволод Чаплин),
  • взаимовыручка и взаимная поддержка в реализации бизнес-проектов (Павел Шашкин, ответственный секретарь экспертного совета при патриархе Московском и всея Руси «Экономика и этика»),
  • проектный подход и система прямого распределения рисков, полная прозрачность и пониженная рискованность (Дмитрий Любомудров, член комитета по инвестиционной политике ТПП).
  • Подозревать православных лоббистов в продвижении мусульманских канонов банкинга – абсурдно. Таким образом, можно сделать вывод, что конфессиональный банкинг основывается на единых принципах независимо от конфессии. Какие технологии при этом применяются, с применением ссудного процента или без него, какие отрасли поощряются или запрещаются – вопрос техники. Конфессиональный банкинг – это банковское дело по законам нравственности некоего сообщества. Существенно то, сколь далеко пойдет кодификация нравственных принципов.

    Пока процесс идет неспешно. Ассоциация российских банков приняла Кодекс этических принципов банковского дела в 2008 году. На июнь 2012 года к нему присоединились всего 102 кредитные организации. Среди них – ни одного крупного банка, практически все – регионального значения (за исключением разве что Юниаструм банка). Примечательно, что лишь один банк, которому приписывают «религиозную ориентацию», присоединился к Кодексу. Это банк «Софрино», принадлежащий Дмитрию Малышеву, представителю Московской Патриархии в органах государственной власти по вопросам финансовой организации проектных и ремонтно-реставрационных работ на объектах РПЦ, являющихся памятниками истории и культуры.

    Главным проповедником нравственности в банковском деле в России является, конечно, РПЦ в лице, прежде всего, синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества, отдела внешних церковных связей московского патриархата и экспертного совета при патриархе Московском и всея Руси «Экономика и этика». Одной из задач созданного в 2009 году совета провозглашена «разработка основанных на православной традиции теоретических основ нравственного хозяйствования». Активно работает с подразделениями РПЦ Клуб православных предпринимателей.

    Лоббисты исламского банкинга имеют четко выраженную географическую ориентацию: Дагестан, Татарстан, Башкортостан, Чечня. По итогам круглого стола по исламскому банкингу, проведенного в рамках IV Международного исламского форума в Чечне в 2011 году, было решено создать рабочую группу по данному вопросу при президенте Чечни.

    В России есть примеры предоставления отдельных банковских услуг по исламским канонам: «Бадр-Форте Банк», дагестанский «Экспресс». Однако на пути создания полноценных конфессиональных банков в России пока стоит законодательство.

    Но если оставить за скобками обряды (технологии) и обратиться лишь к моральной составляющей, то российское законодательство в последнее время оборачивается верным стражем нравственности:

  • в самом конце 2010 года был принят закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», «призванный создать условия для полноценного нравственного и духовного развития детей»,
  • в самом конце июля 2012 года были приняты поправки к этому закону, предусматривающие специальное программное обеспечение для «защиты детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию» и создание реестра запрещенных доменных имен, указателей страниц сайтов и сетевых адресов;
  • в июле в Уголовный кодекс была вновь внесена статья о клевете;
  • за последние несколько лет запрет на пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних был введен в Рязанской (2006), Архангельской (2011) и Костромской областях (2011), в Санкт-Петербурге, в Новосибирской, Магаданской и Самарской областях (все – в 2012 году).
  • Можно вспомнить и о законопроектах отдельных депутатов об уголовной ответственности за покушение на нравственность и федеральном запрете на пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних.

    Императив нравственности бескомпромиссно утверждается в современной российской жизни. А это значит, что запрос на нравственные банковские услуги скоро станет так велик, что законодатели не смогут более ему противостоять.


    Send message

    *Email

    *Message

    Name

    *Type the digits